Кто сегодня решается подняться на высокую колокольню в мороз и ветер, чтобы наполнить город живым колокольным звуком? Как оказалось, для этого не обязательно родиться в семье священника или иметь музыкальное образование. Иногда достаточно просто однажды откликнуться на просьбу. Мы поговорили с преподавателем колокольного звона Детской школы искусств «Пастораль» города Кирова Андреем Галиным о том, как случайность становится служением.
Андрей не был крещён до 19 лет и уж точно не планировал управлять многопудовыми колоколами. По первой профессии он парикмахер, человек, привыкший работать с людьми и дарить им красоту.
- В детстве я о звонарстве даже не задумывался. Всё началось совершенно неожиданно, когда в моём родном селе Вяз, что в Кирово-Чепецком районе, начали восстанавливать храм и привезли туда колокола, - рассказал Галин. - Сразу же встал вопрос, кто будет звонить. Видимо, потому что я всегда отличался активностью и не боялся ответственности, ко мне обратились с предложением: «Не хочешь поучиться на звонаря?».
Наставником стал Александр Максимов, который провёл для Андрея буквально четыре урока, объяснив всё схематично. А дальше начался путь самостоятельного поиска: начинающий звонарь находил записи звонов в интернете, забирался на колокольню и раз за разом пытался повторять услышанное, буквально на ощупь осваивая это искусство, благо местным жителям он нисколько не мешал. Им, наоборот, было в радость слышать, как звонница оживает.
Потом судьба подарила ему знакомство с Владимиром Стромовым, и благодаря ему Андрей впервые попал на фестиваль «Малиновый звон на Вятке», который открыл огромный мир колокольной музыки.
- Сообщество звонарей оказалось очень дружным. Вместе с другими звонарями мы учились и делились находками. А спустя какое-то время поступило приглашение преподавать в школе искусств «Пастораль», - вспоминает Андрей Галин. - Оглядываясь назад, я понимаю, что в колокольном звоне для меня сошлось абсолютно всё, что я любил и искал. Изначально по профессии я парикмахер, а значит, всегда любил и умел работать с людьми, чувствовать их настроение. Кроме того, я всегда тянулся к музыке и в глубине души мечтал петь, но, честно говоря, получалось у меня это не очень хорошо. А здесь, на звоннице, мне петь совсем не надо: за меня поют сами колокола. Ещё мне всегда нравились ударные инструменты, перкуссия, ритм, и в колоколах это всё встретилось в одной точке. Получилось именно то, о чём я всегда мечтал, даже не догадываясь об этом.
- С профессиональной точки зрения колокольный звон - это прежде всего монотонная работа или музыкальное исполнительство? Где проходит грань между ремеслом и творчеством?
- Быть звонарём - это не работа и не исполнительство, а служение и послушание. Чаще всего звонарь - мирянин, иногда дьяк или алтарник. Он не обязан быть музыкантом, но чувство ритма должно быть обязательно. Это искусство, но в то же время и призыв, молитва в звуке, это не ремесло и не творчество - это жизнь. Ты забираешься на колокольню, перед звоном молишься, а потом твоими руками словно кто-то управляет.
- С какими сложностями вы сталкиваетесь, когда знакомите учеников с искусством колокольного звона?
- Современных детей трудно изъять из «цифры», поставить на твёрдую землю, дать в руки тяжёлый язык колокола. Здесь и от верёвок руки натирает, и ты стоишь на холоде, на улице.
Я думаю, секрет успеха в том, что дети сначала должны сердцем понять, зачем им это нужно, по-настоящему полюбить само дело. Нужно каждому ребёнку дать свободу, возможность исследовать звук. Самое главное и самое сложное - заинтересовать, зажечь искру. И вы знаете, когда это удаётся, ученики начинают проявлять такую прыть и искреннее стремление, что никакие смартфоны с ними не сравнятся. Я всегда выстраиваю доверительные отношения с детьми, а уже через это доверие, через это человеческое тепло они влюбляются и в сам колокольный звон.
- Давайте приоткроем дверь в ваш класс: расскажите, как именно строится обучение колокольному звону и какие колокола есть в школе?
- Сам по себе колокольный звон - это как знаменитое умение Юлия Цезаря делать три дела одновременно. Здесь задействованы две руки и нога, и, что самое сложное, у каждой части тела своя независимая задача, поэтому координация должна быть отточена до автоматизма. Наша главная задача - научить звонить идеально ровным, пульсирующим ритмом. Удержать темп от первой ноты до самого финала, не ускоряясь и не замедляясь.
На занятиях мы разбираем специфику разных звонов: погребальный, водосвятный, пасхальный, торжественный красный звон и даже особый ритм для крестного хода, а также совместное звучание с оркестрами и ансамблями.
Что касается самих инструментов, у нас на улице стоит звонница, сердце нашей школы. Часть этих колоколов - легендарные вятские, отлитые руками священника отца Виктора в селе Бахта. Вятские колокола вообще обладают каким-то магическим свойством звучать идеально везде. Первые из них, знаменитые бакулевские колокола, появились в Слободском, и звонари по всей России знают о них. Есть у нас и особый гость - колокол Ильи Дроздихина из московской школы звонарей. А в учебном классе стоит звонница с колоколами завода «Пятков и Ко», которые изготовлены в Каменске-Уральском. И каждый из этих колоколов со своим неповторимым характером.
- Есть ли среди всего этого богатства колоколов тот самый инструмент, которого вы могли бы назвать своим любимцем за особую душу и тембр?
- Я стараюсь не выделять явного любимца. Всё-таки это прежде всего музыкальный инструмент, и очень важна гармония. Мои любимцы - это когда они звучат все вместе, создавая тот самый неповторимый ансамбль.
Но если говорить о звуке, мне нравится, как поёт наш самый большой благовест. У него удивительно мягкий, обволакивающий, и в то же время звонкий и раскатистый звук. Конечно, я много езжу по фестивалям, слушаю колокола других колоколен и звонниц, но, наверное, только когда я объеду абсолютно все колокольни страны, только тогда смогу с уверенностью сказать, кто же мой единственный любимец. А здесь, в «Пасторали», для меня все колокола одинаково родные и любимые.
- Существует ли на самом деле такое понятие, как «география колокольного звона», то есть чётко выраженные традиции, которые можно распознать на слух?
- С приходом социальных сетей звонари стали видеть разные исполнения, друг у друга что-то перенимать. Можно посмотреть и услышать северные звоны, благовест у них суровый, как набат. А у москвичей звоны более раскатистые, залихватские. Сейчас многие звонари начали смешивать различные традиции звонов. Не скажу, что это плохо, но сохранность традиций определённых регионов, глубинок нашей необъятной Родины теряется и остаётся лишь в нотных записях, и ещё меньше - в аудиоформате.
Например, лаврский звон (Троице-Сергиевой лавры), звон старца Михея можно услышать в записях, можно попробовать повторить его, но для его исполнения нужны как минимум такие же колокола. Это уже наше наследие, его надо сохранять, помнить и на основе этого создавать новые звоны. Ведь каждый звон индивидуален. И, как я раньше говорил, колокольный звон - это молитва в звуке, и у каждого звонаря она своя, неповторимая.
- Что бы вы пожелали тому читателю, у которого возникло желание впервые прийти в «Пастораль» и прикоснуться к искусству колокольного звона?
- Прислушиваться к зову сердца, и если в нём отзывается что-то навстречу к колокольному звону, то непременно приходить к нам учиться этому ремеслу.
Беседовала Виктория КЛИПАЧЁВА.
Фото Михаила Огородникова.
