Семья Чарушиных по праву считается одной из самых талантливых вятских династий. Почти каждый ее представитель внес свой вклад в развитие искусства, архитектуры, культуры не только Вятки, но и всей страны. В первой части статьи «Династия талантов» «Вятский край» рассказал о художнике-иллюстраторе, скульпторе и писателе Евгении Чарушине. На становление знаменитого художника во многом повлиял его дядя Николай Аполлонович Чарушин, о котором пойдет сегодняшний рассказ.
Николай Чарушин родился в декабре 1851 года в семье чиновника уездного города Орлова Вятской губернии. В 1862 году отец привез десятилетнего мальчика в губернский центр для поступления в гимназию. Годы учебы Николая совпали с периодом небывалого общественного и духовного подъема в России. «Кругом чувствовалось какое-то оживление, на вятском горизонте стали появляться новые люди, жизненный обиход которых и речи так отличались от привычных обывательских, возникали и новые учреждения, производившие в некотором смысле настоящую революцию в ветхозаветном укладе нашей жизни», - писал Н.А. Чарушин о 1860-х годах.
Главным светочем гимназических лет для Чарушина стал учитель истории Яков Рождественский. Он шел на колоссальный риск: приносил в класс свежие выпуски газеты «Неделя», зачитывал и комментировал «Исторические письма» Петра Лаврова. Такие беседы были прямым нарушением, но именно они формировали гражданское сознание подростков.
Гимназисты организовывали кружки самообразования, собирали подпольные библиотеки, писали рефераты и до хрипоты спорили о книгах Тургенева и Чернышевского. Настольной книгой поколения стал роман Николая Чернышевского «Что делать?», дававший прямой ответ на вопрос, как честному человеку надлежит строить свою жизнь.
Окончив гимназию в 1871 году, Николай Чарушин отправился в Санкт-Петербург и поступил в технологический институт. Там он вступил в кружок «чайковцев». «Кружок… ставил своей задачей, помимо выработки общего миросозерцания, пропаганду освободительных и социально-революционных идей среди молодёжи и интеллигентных кругов вообще путём личного воздействия и распространения известного подбора легальных и нелегальных книг, для чего кружок, между прочим, развивал усиленную легальную издательскую деятельность, а для нелегальных изданий обзавёлся небольшой типографией в Женеве… Одновременно с этим преследовались и организационные задачи, чтобы потом армию наиболее подготовленных и хорошо подобранных сил направить на революционную работу в народные массы», - рассказывал Н.А. Чарушин в своей автобиографии.
Николай вступил в кружок без колебаний, полностью отдавая себе отчет в том, чем грозит подобный шаг в условиях самодержавной России. В Петербурге он оказался в самом эпицентре революционного движения. Особое место в его воспоминаниях занимала Софья Перовская, поражавшая товарищей своей железной волей и простотой. С конца 1871 года Чарушин возглавил важнейшее направление работы - пропаганду среди столичных пролетариев.
В 1873 году руководство кружка поручило Чарушину объехать провинциальные филиалы организации для координации действий. Он посетил Москву, Орел, Киев, Одессу, Николаев, Харьков, проводя тайные встречи с местными активистами.
Разгром организации начался на исходе 1873 года. Николай Чарушин был арестован в январе 1874-го. Его больше чем на год поместили в Литовский замок - огромную пересыльную тюрьму. Затем последовал перевод в Трубецкой бастион Петропавловской крепости. Потянулись четыре долгих года одиночного заключения. Ни писем, ни свиданий с родными не дозволялось. Лишь однажды, в 1877 году, его брату Аркадию удалось выхлопотать получасовую встречу, проходившую под бдительным надзором жандарма.
Осенью 1877 года открылся судебный процесс, известный как «Процесс 193-х». Группу «чайковцев» представляли 28 человек. Перед оглашением приговора подсудимые составили коллективное письмо товарищам, оставшимся на воле. «Мы завещаем нашим товарищам по убеждениям идти с прежней энергией и удвоенной бодростью к той святой цели, из-за которой мы подверглись преследованию и ради которой готовы бороться и страдать до последнего вздоха», - говорилось в послании. Под письмом стояло 24 подписи, в том числе и подпись Николая Чарушина. Приговор суда оказался суровым: девять лет каторжных работ.
В июле 1878 года Николая Чарушина отправили по этапу в Сибирь. Вслед за ним добровольно поехала его супруга и единомышленница Анна Дмитриевна Кувшинская, с которой они познакомились еще в Вятке. Дорога едва не стоила Николаю жизни: под Иркутском он свалился в тяжелейшем тифозном бреду.
К концу года они прибыли на Кару, приток реки Шилки. Чарушину повезло: комендантом Карийской каторги в тот период служил полковник Кононович, человек редкой гуманности и интеллигентности. Он пресекал издевательства над политзаключенными, разрешал им пользоваться книгами и свободно общаться. Для истощенного тюрьмой Николая Кара превратилась скорее в суровый санаторий, позволивший ему восстановить силы.
С учетом времени, проведенного под арестом до суда, каторжный срок Чарушина завершился в 1881 году. Его перевели на положение ссыльнопоселенца. Семья обосновалась сначала в Нерчинске, а затем в Троицкосавске (ныне - город Кяхта, Бурятия, на границе с Монголией). Чтобы содержать жену и детей, Николай освоил профессию фотографа и открыл собственное ателье.
Сибирская ссылка не прервала его общественной деятельности. В Нерчинске и Троицкосавске Чарушин выступил инициатором создания публичных библиотек, краеведческих музеев и отделений Русского географического общества. Его фотоателье процветало, но истинной страстью Николая Чарушина стала наука. В 1886 году у Чарушиных гостил выдающийся исследователь Центральной Азии Григорий Потанин. В 1888 году Николай Аполлонович принял участие в масштабной экспедиции Потанина по Монголии в качестве фотографа. Он привез сотни уникальных снимков монгольских монастырей и кочевников. Фотографии позже пополнили фонды Московского и Томского университетов.
В 1895 году Николаю Чарушину разрешили вернуться в европейскую часть России с запретом на проживание в столицах и университетских городах. Семья приняла решение вернуться в Вятку. Здесь Николай Аполлонович успел поработать в Вятской библиотеке (ныне - библиотека имени А.И. Герцена), а также создать независимые газеты «Вятский край», «Вятская речь», «Вятская жизнь».
Николай Чарушин скончался в марте 1937 года в Кирове. Он доказал, что истинное служение народу не зависит от политических режимов, если в основе этого служения лежат честность, культура и бесконечная любовь к родной земле.
Узнать больше о жизни Николая Аполлоновича Чарушина можно на выставке «Очарование Чарушиных» (6+) , которая работает в музее А.С. Грина до 9 августа.
Ксения АФАНАСЬЕВА.
Фото автора.
При подготовке этого материала использована статья Г.Ф. Чудовой «Николай Аполлонович Чарушин», опубликованная в альманахе «Герценка: вятские записки» № 24 (herzenlib.ru).
