Краевед Владимир Жаравин - о Вятке как об одной большой любви

ОБЩЕСТВО

03 сентября 2018 87 0
На печать

 

Когда знаешь человека давно, совершенно теряешься и не понимаешь, с чего начать о нем рассказывать. Владимир Жаравин - известный в городе человек, который знает о нем много. Для него Вятка - одна большая любовь, практически вся жизнь. В любой странице истории родной земли он находит всегда новое, доселе неизвестное. Накануне своего юбилея, который пришелся и в год 100-летия архив­ной службы России, он сам решил: рассказывать не о себе, а о своем любимом деле.

 

- Владимир Сергеевич, сотрудник архива в понимании многих - человек-тень, незаметный, сидящий среди кипы пыльных бумаг... Вы согласны с этим убеждением?

- Всё зависит от человека. Надо просто любить историю и даже в сухих документах находить всегда человеческое. Порой за одним словом, цифрой - трагедия, боль многих людей! Главное - не врать, не искажать суть, ведь потомки не простят лжи, а имя непорядочного исследователя будет звучать только в негативном ключе - такое уже не раз было в истории.

 

- С чего всё началось?

- Когда начинал работать в областном краеведческом музее, мне поручили заняться созданием музея железнодорожного транспорта. Для этого пришлось долго сидеть в архиве. Нашел много материалов, которые никто не видел и не слышал о них. А когда пришел в архив, уже на второй день работы обнаружил подлинные письма писателя Павла Ивановича Мельникова-Печерского.

 

- Какое отношение он имел к Вятке?

- В 1860-х годах в России шло активное обсуждение проекта о строительстве Транссибирской магистрали, разрабатывались все его возможные варианты. А он работал в Нижегородской губернии, был чиновником по особым поручениям Министерства внутренних дел, занимался делами «раскола» в церкви - искоренением старообрядчества. Результатом его исследователь­ской, а впоследствии творческой деятельности стали произведения «На горах», «В лесах». Он знал и нашу территорию, вот и решил предложить свой проект железной дороги - от Нижнего Новгорода на Царево-Санчурск нашей губернии, на Сарапул и Екатеринбург. Обратился к председателю губернской зем­ской управы Синцову. Эти письма я и нашел. Подумал: почему бы об этом не сообщить людям! Написал материал и пришел в 1993 году в газету «Вятский край» к журналисту Светлане Шешиной. Она сказала - нам подходит и предложила стать постоянным внештатным автором. Так и начал сотрудничать с «Вятским краем»…

 

- Вот и мы с вами начали разбирательство с материалами о Великой Отечественной войне для «ВК».

- Когда пришел в госархив социально-политической истории, там с документами можно было работать целыми днями. История советского периода была практически не разработана. Всем же ее давали, скажем так, дозированно. Когда читаешь документы, подлинная история предстает по-другому. Как жила наша область в суровые годы Великой Отечественной? С моей коллегой Еленой Чудиновских подумали: раз такие документы неизвестны, надо создавать книгу. Подобрали документы и решили подать их, что называется, без купюр - без редактирования, комментариев, какого-то приукрашивания. Словом, такими, какие они были в оригинале! Вышел пятитомник «Испытание войной». Каждый год войны - в отдельном томе. Появился как раз к 70-летию Великой Победы и, как мне кажется, всегда будет пользоваться большим спросом.

 

- Наиболее яркие моменты изданий, которые запомнились, тронули душу?

- Конечно, были победы, поражения... Вот, например, об отношении кировчан к эвакуированным… Первое время, когда они сюда приезжали, их принимали очень радушно и тепло. Но когда их становилось всё больше и негде было разместить, то «всеобщая любовь» резко изменилась. Отношение к приезжим стало намного негативнее. Судите сами: прибывали они в колхоз, вставали на учет. По закону им полагалось пособие. Все в основном - выходцы из города, не имели сельских профессий, но получали пайки. А колхозники жили впроголодь, соответственно и относились негативно: почему, мол, приезжим всё? О том и говорят беспристрастно документы того времени.

 

Позднее, как продолжение, издали еще письма с войны. Их, конечно, в нашей коллекции немного, но получилась своего рода персонифицированная история. Вятские бойцы писали с фронта, в конце всегда добавляли жизнеутверждающую фразу: мол, ждите, скоро вернемся с Победой! А потом смотришь: через месяц-другой человек погибал… Пробирает до слез, очень трогательно…

 

- Как-то мы с вами готовили материал о Петре Владимировиче Алабине. Я, признаться, ничего не знал о нем. А вы вот и книгу создали о нем и делах его праведных на благо Вятской губернии...

- Меня всегда интересуют биографии людей, следую, если хотите, такому девизу: «Нет истории без людей!». Еще работая в областном краеведческом музее, заинтересовался этой Личностью. Знаете, задело, что в Самаре он - как национальный герой. Местные журналисты там спрашивают у прохожих о нем на улице. Его все знают! У нас же пройди, спроси - никто не ответит, кто такой Алабин. Стало обидно… Пошел в Герценку, работал в архивах. Через несколько лет появилась книга «Пётр Алабин - почетный гражданин города Вятки». Он - писатель, выдающийся просветитель, археолог, историк, основатель Вятского публичного музея. С 2005 года никаких добавлений к ней не появилось, значит, я неплохо изучил и представил документы о нем.

 

Потом подумал: кто же продолжил его дело? Заинтересовался другой личностью - Александра Сергеевича Лебедева, основателя краеведческого музея в Кукарке (ныне - Советск), затем в Вятке возглавлял област­ной музей, который создал на основе алабинских фондов. Руководил герценкой. Много сделал, чтобы она стала губернской библиотекой. Способствовал созданию Ботанического сада на базе частного сада Истомина. Поразило, что потом, работая уже в Перми, там открыл зоосад. В Екатеринбурге - зоопарк, ботанический сад, затем - прославился благими делами в Челябинской области... Сейчас готовлю для публикации письма Лебедева Владимиру Павловичу Бирюкову, известному уральскому краеведу.

 

- Знаю, что вы - автор еще одного сборника, о политических лидерах. А надо ли о них, боюсь, тема не особо популярная? Отношение к начальникам, сами понимаете, всегда не столь адекватное?

- В сборнике «Политические лидеры Вятского края» - 1500 биографий - руководителей нашей губернии. Ни в одном районе не было списков тех, кто ими руководил. Во всем советском периоде, если обращались к документам, писали - «тов. имярек» и т. д. Ни имен, ни отчеств. А мы нашли! Капустин, например, руководил Вятской губернией, а было ему… 22 года!

 

- Есть ли еще темы, которые вас особенно заинтересовали?

- Большой интерес появился к польской теме. Вятка же была тесно связана с Польшей, до революции у нас здесь находились в ссылке сотни поляков, а в годы Второй мировой - 5 тысяч польских граждан. Этой темой никто не занимался, а мне всегда интересно быть первым! Здесь были польские детские дома, продуктово-промышленная база. Столько поляков надо же как-то кормить, одевать! Всё и распределяли на базе. Часть их на Вятку приходила из Лондона, через Архангельск, Котлас…

 

Недавно закончил исследование биографии еще одной извест­ной в истории личности - Кароля Карловича Сверчевского. Он воевал в Испании, в годы Великой Отечественной под псевдонимом «генерал Вальтер», руководил советской дивизией, воевал на 1-м Украинском фронте под командованием нашего земляка маршала Конева. На земле Украины погиб с автоматом в руках, попав в засаду украинских националистов. Кстати, свою семью успел эвакуировать в Вятку, в монастырь (о нем - ниже).

 

Впоследствии, уже в совет­ской Польше, стал национальным героем, на денежных купюрах было его изображение. Потом, уничтожая всё советское, имя генерала Вальтера вычеркнули из истории современной Польши: снесли памятники, убрали названия улиц и т.д. …А ведь в ответ на смерть Сверчевского польское правительство даже приняло решение: депортировать из страны всех украинцев - и это было сделано! Нашел же сведения об этом эпизоде случайно, тоже копаясь в архивах. Просто в списках одной из кировских школ увидел фамилию «Сверчевская». Позже узнал, что три его дочери написали книгу воспоминаний об отце, который, кстати, навещал их - приезжал в Вятку!

 

- Даже боюсь спросить: есть ли в нашем городе места, об истории которых вы не знаете?

- Да сколько угодно! В прошлом году, например, написал о создании Заречного парка города. Все его знаем, помним, особенно наше поколение. Начал в архивах искать: его открыли в 40-м году. Связано было с тем, что Киров «превратился» из районного центра Нижегородской губернии в самостоятельную административную единицу. Тогда местные руководители подняли вопрос, что парк Халтурина мал для проведения общественных мероприятий, трудящимся отдыхать негде. Вот и решили построить Заречный парк.

 

Или еще - стадион «Динамо». Стал разбираться, узнал, что стадион был открыт еще в 1924 году! Там был женский монастырь, его закрыли, а в 1923-м в здании создали рабочий городок. Туда предполагалось поселить, согласно документам, до нескольких сот рабочих. В каждой келье! (Там, скорее всего, и жила семья генерала Сверчевского, героя, в таких же условиях). Такую скученность народа надо же чем-то занимать. Вот и стадион решили построить, чтобы люди там досуг проводили! Не важно, что обитали в жутких «коммуналках».

 

- У нас на различном уровне поднимается вопрос о том, чтобы ввести в школах как обязательный предмет краеведение Вятки. Как вы к такому варианту относитесь?

- Ничего в том плохого не вижу: чем больше знаешь историю своей земли, тем уважительнее и бережнее к ней относишься, ценишь людей и не повторяешь ошибок прошлого! Наши предки строили на века храмы, родовые имения - дабы их сыновья, внуки, правнуки жили на родной земле долго и счастливо! Все ли нынешние руководители стремятся в своих делах и поступках к тому же?!

 

Беседу вел Александр Широков.

ТЕГИ

Комментарии

0 комментариев

Оставить свой комментарий

Что нужно сделать в Кирове к 650-летию города?