Александра Прокошина: отчасти вятская, действительно народная

КУЛЬТУРА

16 апреля 2018 230 0
На печать

«Спой мне, спой, Прокошина, что луга не скошены», - ещё в 1939 году написал поэт Михаил Исаковский песню, начинавшуюся обращением к уже широко известной в то время солистке государственного народного хора имени М.Е. Пятницкого Александре Прокошиной. Той же первой строкой песни назван фильм о певице, созданный в 1983 году, когда она уже жила и творила на Вятской земле - в посёлке Ленинская Искра Котельничского района - в качестве художественного руководителя ансамбля песни и танца «Искорка». Она смогла сделать его по-своему уникальным и известным не только в Советском Союзе, но и за рубежом.

 

Довести начатое до конца

18 апреля Александре Васильевне могло бы исполниться 100 лет. «Мне посчастливилось родиться хоть и в бедной, но духовно очень богатой семье, - писала Александра Прокошина в своих воспоминаниях. - В долгие осенние и зимние вечера, до третьих петухов, под мерный гул прялок и потрескивание лучины, освещавшей нашу избу, непрерывно звучали замечательные старинные русские народные песни в талантливом исполнении. Это за работой пели мои родители и старшие сёстры. Гармоничное и тембровое сочетание их голосов было невероятно красивым. Звук мягкий, задушевный и такой проникновенный, что мне, как только я себя помню, всегда хотелось и плакать, и смеяться, и петь от какого-то волнения, душевного трепета и радости. И я, совсем ещё маленькая, среди ночи соскакивала с печки, залезала к маме на колени и с упоением начинала петь. Пела по-своему, чтобы звучало в две ниточки с мамой. А она меня хвалила и всячески поощряла, как я теперь понимаю, мою импровизацию».

 

За десятки лет на сцене вместе с хором имени Пятницкого солистка Прокошина стала всесоюзной знаменитостью, лауреатом Сталинской премии, заслуженной и народной артисткой РСФСР. В октябре 1975 года партия делегировала её в котельничский, неизвестный тогда самодеятельный ансамбль, созданный при преуспевавшем колхозе: неизвестно почему и зачем, но требовалось подготовить всего за 25 дней его выступление за рубежом, на острове Кипр.

 

Первое впечатление от встречи с «Искоркой» было удручающим: «Хор поет плохо, звук неважный, партий не знают, интонация не чистая, полное отсутствие образа при исполнении...» Однако задача была успешно выполнена. После некоторых раздумий Александра Васильевна решила завершить начатый подъём ансамбля. Возможно, столичная звезда эстрады (как её назвали бы сейчас) сама не ожидала, что останется в роли худрука колхозной самодеятельности на 19 лет и прославит Кировскую область. А в 1979 году её «догнало» звание народной артистки СССР - она единственная получила его во время работы на Вятке.

 

Песни через сердце… и бёдра

«Для меня и других участников Александра Васильевна была как небожитель, - вспоминает Елена Кононова, посвятившая ансамблю 38 лет жизни в роли хормейстера, из них почти половину - вместе с Прокошиной. - К 1977 году, когда меня пригласили в «Искорку», я окончила Ленинградский институт культуры. Студенты тех лет воспитывались на песнях таких мэтров, как она, и я недолго раздумывала над предложением. Я буквально смотрела ей в рот, записывала за ней фразы, которые считала важными. Училась пониманию произведений, как создавать в песне эмоциональное звучание и передавать смысл.

 

Александра Васильевна оттачивала каждую мелочь поведения артиста на сцене: как выйти, как встать, как поклониться, как двигаться в костюме... Она буквально опустошала себя, по её словам, выворачивалась наизнанку на репетициях, добиваясь от нас нужного звучания. Принципиально не представляла зрителям материал, который считала «сырым»: например, «Хлеб - всему голова» мы готовили два года!

 

В 1980 году к «Искорке» присоединился её давний друг - известный хореограф Владимир Захаров. За несколько лет с его участием была создана прекрасная коллекция номеров. Коллектив вышел на новый уровень: доселе было невиданным, чтобы хор пел и двигался наравне с танцорами и музыкантами. Причём к каждому номеру были пошиты особые костюмы: для Александры Васильевны с её связями на всех уровнях власти не было отказа в финансировании. Благодаря ей во времена «железного занавеса» народный коллектив стал представлять русское искусство за рубежом - раз в три года в капстранах и каждые два года в соцстранах. Для неё это было делом государственной важности».

 

«Прокошина очень следила за образом каждого артиста на сцене. Рассказывая о песне, приводила порой такие примеры, факты из жизни, что слёзы на глаза наворачивались. Начинаешь потом исполнять - и звучит уже совершенно иначе. Иногда показывала не только как спеть строку песни, но и элементы танца. Например, есть у нас в репертуаре «Калужское игрище», созданное по её детским воспоминаниям, так там она показала особую манеру двигать бёдрами», - рассказывает 63-летняя Людмила Патрушева, певшая в хоре вместе с мужем Николаем.

 

«Конечно, методики её работы были великолепные, профессиональные, основанные на опыте в государственном ансамбле, - считает сменивший Прокошину в 1993 году на посту художественного руководителя «Искорки» Михаил Распопин. - Сейчас переслушиваю записи - и поражаюсь, насколько идеально, в пять голосов при ней звучал хор! Она говорила, что танец - это выразительнейший мир пантомимы: надо не просто махнуть рукой, а так сопроводить её взглядом, чтобы у зрителя возник образ, сопереживание. Умела заинтересовать разнообразием репертуара, где были калужские, курские, воронежские, вятские номера... Для всех разные костюмы, манеры исполнения, диалекты, движения - нам всё было непривычно и интересно. Самим хотелось исполнить!»

 

Доброе - за глаза

«Люди со всех концов области стремились попасть в ансамбль - наверное, единственный, который регулярно выступал за рубежом. Благо и колхоз тогда был сильный, работникам строили и предоставляли квартиры, - продолжает Михаил Распопин. - Помню, в 1987 году мы выезжали в Чехословакию группой в 60 человек - представляете, сколько всего занималось? Всем хотелось посмотреть мир, и артисты переживали, что Прокошина может не взять на гастроли. Тем более авторитет участников был в посёлке как у космонавтов: «Искорка» выступала наравне с профессиональными коллективами на международных фестивалях и в Кремлёвском дворце съездов перед сессиями депутатов, колхозниками, пленумами, перед генсеком Брежневым. Худруку хватало строгого взгляда, чтобы человек понимал ошибку. Из коллектива она никого не выгоняла (только к алкоголю была непримирима), ей даже приходилось порой уговаривать кого-то из супругов, приревновавшего к другому, чтобы тот его отпускал. Ходила на квартиру, убеждала, успокаивала. И как-то все прислушивались. Не только для участников, но и для других жителей посёлка Прокошина была наставником, можно сказать - иконой. У меня в рабочем кабинете с трёх сторон висят её портреты!»

 

По словам Елены Кононовой, Прокошина не была склонна кого-то хвалить в глаза, однако после каждой поездки коллектива за рубеж или выступления в культурных программах добивалась награждения участников почётными грамотами, благодарностями и знаками отличия. Благодаря ей многие участники «Искорки» позже получили звание ветерана труда и льготы. «Александра Васильевна приглашала на встречи с коллективом поэтов, музыкантов. Была сама очень гостеприимна. Я провела много вечеров с ней за чаем, и она рассказывала из своей жизни, историй артистов хора имени Пятницкого. О том, как жила в годы войны, ездила по фронтам, долгое время не могла встретиться с мужем и не знала, жив ли он. Позже мне очень помогало всё, чему я научилась и что я слышала. Муж говаривал, что я переняла от неё манеру пения, движения, распевки, использовала это в работе с хором», - рассказывает Елена Аполлоновна.

 

«Я познакомились с Прокошиной, когда я училась в девятом классе школы. Участвовала в танцевальной группе, мы выступали с «Искоркой» на ВДНХ в Москве... Всегда было приятно общаться с этим светлым человеком, - говорит Светлана Панькова, краевед и начальник Котельничского районного управления культуры. - Когда я руководила поселковым Музеем истории крестьянства, не раз ездила к ней домой в Москву. Она пожертвовала для фондов личные вещи (пуховый платок, сувениры, которые ей дарили, пластинки и другое), фотографии, письменные записи воспоминаний - всё, что она могла мне отдать. К 100-летнему юбилею Александры Васильевны в музее будет открыта выставка этих экспонатов. И всё равно чувствую, что собранного недостаточно, чтобы почтить память такой личности».

 

Спору нет, даже газетный разворот не сможет вместить все рассказы об Александре Прокошиной. Память «искровцев» ещё достаточно свежа, хотя состав постепенно сменяется с каждым годом. Живы и заложенные ей традиции - не только выступлений ансамбля за рубежом, но и, например, традиции отмечать коллективом старый Новый год. Правда, теперь его начинают с минуты молчания в честь любимой основательницы.

 

Игорь НЕЛЮБИН.

Фото из фондов Музея истории крестьянства.

ТЕГИ

Комментарии

0 комментариев

Оставить свой комментарий

Вы примете участие в общероссийском референдуме по пенсионной реформе?